Лен Сассаман и Сатоши: история шифропанков

Делитесь и голосуйте:

Мы потеряли слишком много хакеров из-за самоубийств. Что, если Сатоши был одним из них?

Каждая нода в сети Биткойна содержит некролог. Среди данных о транзакциях закралась дань памяти Лену Сассаману – человеку, фактически увековеченному в блокчейне. Достойное посвящение во многих смыслах.

Лен был настоящим шифропанком – в равной степени умным, дерзким и идеалистичным. Он посвятил свою жизнь защите личных свобод с помощью криптографии, будучи разработчиком PGP-шифрования и технологий конфиденциальности с открытым кодом, а также академическим криптографом, исследовавшим пиринговые сети под руководством изобретателя блокчейна Дэвида Чаума.

Он также был столпом хакерского сообщества – другом и вдохновителем для многих важных фигур в истории информационной безопасности и криптовалют.

Уход Сатоши

Многие считали, что Лен станет одним из важнейших криптографов своего времени. Но 3 июля 2011 г. он трагическим образом лишил себя жизни после долгой борьбы с депрессией и функциональными неврологическими расстройствами.

Его смерть совпала с исчезновением самого известного в мире шифропанка – Сатоши Накамото. Всего за два месяца до смерти Лена Сатоши написал своё последнее сообщение:

«Я переключился на другие вещи и, вероятно, не буду давать о себе знать в будущем».

После 169 коммитов кода и 539 постов в течение года Сатоши исчез без объяснений. Он оставил после себя целый ряд незавершённых разработок, ожесточённые споры о его видении Биткойна и до сих пор нетронутое состояние на $64 млрд в BTC.

Мы потеряли слишком много хакеров из-за самоубийств. Аарон ШварцДжин КанИлья ЖитомирскийДжеймс Долан. Все они жертвы стигматизации и эпидемии, взыскавшей свою цену у самого технического прогресса. Представьте, если бы создатель Биткойна умер, не успев проследить за его развитием. И что он мог бы дать миру, если бы к нему относились с заслуженным уважением и заботой?

Я не хочу спекулировать о личности Сатоши, учитывая, что выдвигавшиеся предположения варьируются от необоснованных до откровенно дурацких и неэтичных. Но когда Крейг Райт мошенническим образом требует признания и обращается к авторскому праву, чтобы удалить уайтпейпер Биткойна, важно пересмотреть эту тему и вернуть в центр дискуссии шифропанков, которые на самом деле построили Биткойн.

Кем бы ни был Сатоши, он в значительной степени «стоял на плечах гигантов», – Биткойн стал кульминацией накопившихся за десятилетия исследований и дискуссий в сообществе шифропанков. В этом смысле Лен однозначно внёс свой косвенный вклад. Однако остаётся лишь догадываться, кто на самом деле написал код, запустил первый узел и писал в сети под псевдонимом Сатоши.

Для того чтобы синтезировать и реализовать то множество идей, на котором основан Биткойн, этому человеку или группе людей требовалась уникальная комбинация опыта, охватывающая инфраструктуру открытых ключей, академическую криптографию, проектирование пиринговых сетей, архитектуру практической безопасности и технологии конфиденциальности. Вероятно, он был глубоко погружён в сообщество шифропанков и приближён к фигурам, оказавшим существенное влияние на криптовалюту. Наконец, ему было не обойтись без идеологической убеждённости и хакерского этоса, чтобы «закатать рукава» и анонимно воплотить в реальном мире то, что ранее оставалось в мире теории.

Рассуждая о жизни Лена, я вижу многие из этих качеств, и я считаю, что есть реальная вероятность, что Лен внёс прямой вклад в Биткойн.

В свете беспрецедентного интереса, который получает криптовалюта, я надеюсь, что смогу привлечь внимание к одному из «невоспетых героев», которому мы многим обязаны. Также надеюсь, что мы сможем задуматься об огромной важности лечения психических заболеваний и особенно функциональных неврологических расстройств, заслуживающих намного большего внимания.

Интересное по теме: Криптобунтари

Истоки

Источник: Wikimedia Commons

Ещё в юности Лен был технарём-самоучкой, тяготевшим к криптографии и разработке протоколов. Несмотря на то что он жил в небольшом городке в Пенсильвании, уже в 18 лет Лен входил в Инженерный совет интернета, ответственный за протокол TCP/IP, лежащий в основе интернета, а теперь и сети Биткойна.

«Умному и чудаковатому» Лену в подростковом возрасте поставили диагноз «депрессия». К сожалению, у него был травмирующий опыт общения с «граничащими с садизмом» психиатрами, что способно навсегда оставить у человека недоверие к предполагаемым авторитетным фигурам.

В 1999 г. Лен переехал в область залива Сан-Франциско и быстро влился в сообщество шифропанков. Он жил с Брэмом Коэном, создателем Mojo и BitTorrent, и участвовал в легендарном списке рассылки шифропанков, где Сатоши впервые анонсировал Биткойн. Другие хакеры вспоминают его как умного и беззаботного, гонявшегося за белкой на встрече шифропанков и разъезжавшего в спортивной машине с карточкой «Бесплатно выйти из тюрьмы» из «Монополии» на случай, если его остановит полиция.

В Сан-Франциско Лен посвятил себя защите личных свобод и конфиденциальности посредством как технологических, так и политических прямых действий. В 21 год он попал в заголовки благодаря организации протестов против правительственной слежки и ареста хакера Дмитрия Склярова.

PGP

В начале своей карьеры Лен отличился как авторитет в криптографии с открытым ключом, лежащей в основе Биткойна. В 22 года он уже выступал на конференциях и основал стартап в области криптографии с открытым ключом вместе с известным активистом движения за программирование с открытым исходным кодом Брюсом Перенсом.

После того как стартап потерпел крах вместе с пузырём доткомов, Лен присоединился к Network Associates, чтобы помочь с разработкой PGP-шифрования, имеющего центральное значение в Биткойне. Работая над релизом PGP7 в 2001 г., Лен организовал тестирование взаимодействия для реализаций OpenPGP, что позволило ему познакомиться со многими важными первопроходцами криптографии. Лен также внёс вклад в реализацию OpenPGP от GNU Privacy Guard и работал с изобретателем PGP Филом Циммерманом над созданием нового криптографического протокола.

Представляя Биткойн, Сатоши говорил, что надеется, что его творение сможет стать «тем же для денег», чем сильная криптография (т. е. PGP) является для защиты файлов.

«Поколение назад такая же проблема была у многопользовательских компьютерных систем с разделением времени. До сильного шифрования пользователям приходилось полагаться на парольную защиту…

 

Затем сильное шифрование стало доступно массам, и доверие больше не требовалось… Настало время, чтобы то же появилось и у денег».

Хэл Финни

В Network Associates Лен работал над PGP вместе с Хэлом Финни. Финни был вторым разработчиком PGP и помогал создать стандарт RFC 4880 для интероперабельности OpenPGP. Он также был самым ранним и самым важным участником Биткойна после Сатоши:

Неудивительно, что Финни один из самых популярных кандидатов на звание настоящего Сатоши, хотя это подразумевает, что он подделал свою обширную электронную переписку с Сатоши и одновременно вносил вклад в Биткойн под настоящим именем и от лица вымышленного персонажа. Финни также продолжал работать над Биткойном долгое время после «ухода» Сатоши в 2011 г.

Ремейлеры

Лена и Финни объединял один очень редкий и актуальный навык: они оба были разработчиками технологии ремейлеров, которая была предшественником Биткойна.

Предложенные Дэвидом Чаумом наряду с криптовалютой, ремейлеры – это специализированные серверы для анонимной или псевдонимной отправки информации. Их часто использовали активные участники списка рассылки шифропанков, который сам был построен на распределённых ремейлерах.

Источник: Medium

Тогда как ранние ремейлеры просто переадресовывали информацию, скрывая личность отправителя, более поздние протоколы, такие как Mixmaster (самый популярный ремейлер), полагались на децентрализованные узлы, которые распределяли блоки зашифрованной информации фиксированного размера в пиринговой сети. Архитектура Биткойна очень напоминает ремейлеры, хотя его узлы передают не сообщения, а данные транзакций. В 1997 г. основатель криптоанархизма Тим Мэй даже предложил цифровую валюту, построенную на ремейлерах.

Будучи первоначальным разработчиком, оператором узла и главным специалистом по сопровождению Mixmaster, Лен был выдающимся экспертом по технологии ремейлеров. Он также реализовал похожую технологию в качестве системного инженера и архитектора безопасности в проекте Anonymizer, занимавшемся защитой конфиденциальности.

Ремейлеры не только были прямыми технологическими предшественниками Биткойна, но также сыграли фундаментальную роль в его интеллектуальной истории. В статье «Почему ремейлеры?» Финни утверждал, что ремейлеры представляют собой фундамент анонимной цифровой экономики.

«Ремейлеры представляют собой “цокольный этаж” этого здания идей – способность обмениваться сообщениями конфиденциально, не раскрывая нашу настоящую личность. Так мы можем проводить транзакции, демонстрировать идентификационные данные и заключать сделки без того, чтобы правительственные или корпоративные базы данных отслеживали каждое наше действие.

 

Одна шифропанковская идея подразумевает способность проводить транзакции анонимно, используя “цифровые деньги”… Это ещё одна область, где важна анонимная почта».

Операторы ремейлеров одними из первых признали потребность в криптовалюте: без средства анонимных платежей операторы ремейлеров альтруистически поддерживали их за свой счёт. Это создавало проблемы масштабируемости, а также постоянного спама и злоупотребления. Как следствие, из потребности в устойчивом к злоупотреблениям, коммерческом ремейлере возникло много концепций, фундаментальных для криптовалюты:

  • В 1994 г. Финни предложил монетизировать ремейлеры с помощью анонимных «монет» и «денежных токенов».
  • Смарт-контракты впервые обсуждались в контексте предотвращения злоупотребления ремейлерами. В дальновидной статье Ника Сабо о смарт-контрактах за 1997 г. упоминается Mixmaster.
  • Иэн Голдберг и Райан Лэки (оба были знакомы с Леном) были ключевыми фигурами в сообществе разработчиков ремейлеров, работавшими в 1998 г. над незаконченной криптовалютой под названием HINDE. Иэн позже создал несколько ранних клиентов для электронных денег, а Райан стал стратегическим директором Tezos.

Во втором посте Сатоши говорится, что электронная почта с оплатой за отправку была первым рабочим вариантом применения Биткойна.

«Изначально он может использоваться в приложениях с доказательством выполнения работы для сервисов, которые могут быть почти – но не совсем – бесплатными.

 

Его уже можно использовать в электронной почте с оплатой за отправку. Размер диалога отправки можно менять, и можно ввести сообщение любой длины».

Адам Бэк

В небольшом сообществе разработчиков ремейлеров Лен пересёкся с CEO компании Blockstream Адамом Бэком – первым, кто общался с Сатоши.

Интерес Бэка к криптовалюте начался с собственного ремейлера, и он создал систему с доказательством выполнения работы HashCash, позволяющую операторам ремейлеров бороться со спамом и DDoS-атаками. Позже Сатоши использовал HashCash как основу для майнинга Биткойна.

Мы знаем, что Лен непосредственно сотрудничал с Бэком и упомянул его вклад в исследовательской статье и аннотации к Mixmaster. Оба работали над многочисленными реализациями OpenPGP и входили в сеть доверия PGP друг друга.

Что интересно, сам Бэк предполагал, что Сатоши мог быть кем-то из разработчиков ремейлеров, отметив, что они «[применяли] собственную технологию», чтобы псевдонимно участвовать в обсуждениях криптографических протоколов. Мы знаем, что Лен активно псевдонимно участвовал в списке рассылки шифропанков с помощью ремейлеров.

Интересно почитать: Адам Бэк: Никому точно не известно, кто такой Сатоши Накамото

Чаум и COSIC

После окончания школы Лен работал, чтобы обеспечивать семью, и не имел возможности получить высшее образование. Несмотря на это, в 2004 г. он получил «работу мечты» в качестве исследователя и аспиранта в COSIC – Группе по исследованиям компьютерной безопасности и промышленной криптографии в Лёвенском католическом университете в Бельгии.

Научным руководителем Лена в COSIC был не кто иной, как «отец цифровой валюты» Дэвид Чаум. Тогда как Чаум заложил фундамент для всего движения шифропанков и для всех криптовалют, мало кому повезло непосредственно с ним работать.

Вот несколько актуальных достижений Чаума:

«[Чаум] стоит в самой гуще движения, кажущегося неудержимым, – оцифровки денег… Тёмная лошадка в эру цифровых денег – анонимность, и Дэвид Чаум считает, что без неё будет трудно».

Хотя DigiCash потерпела неудачу (отчасти из-за зависимости от централизованных систем), Чаум захотел создать вторую цифровую валюту, которая предлагала бы сочетание анонимности и практичности.

Хотя многие видели в её неудаче доказательство, что цифровые деньги неосуществимы, Сатоши защищал «старые чаумовские валюты», признавая проблемы, вызываемые централизацией.

«Многие автоматически списывают электронную валюту со счетов как гиблое дело из-за всех тех компаний, что потерпели неудачу начиная с 1990-х. Надеюсь, очевидно, что эти системы были обречены только из-за их центрально контролируемого характера».

Исследования Лена

Лен работал в COSIC в Бельгии до своей смерти в 2011 г. За это время он накопил впечатляющие 45 публикаций и участие в 20 конференционных комитетах.

Исследования Лена фокусировались на разработке улучшающих конфиденциальность протоколов с «применимостью в реальном мире» и рабочим кодом. Его главным проектом (при участии Брэма Коэна) был Pynchon Gate – эволюция технологии ремейлеров, делающая возможным псевдонимное получение информации через сеть распределённых узлов без доверенной третьей стороны.

Этот проект был очень актуальным для Биткойна – по мере продвижения работы над Pynchon GATE Лен всё больше фокусировался на поиске решений византийской отказоустойчивости (также известной как задача византийских генералов), представлявшей главное препятствие для ранних пиринговых сетей.

В контексте распределённых вычислений под византийской отказоустойчивостью понимают способность сети продолжать функционировать, даже если какие-то её узлы скомпрометированы или ненадёжны. Византийская отказоустойчивость была одной из главных задач, которые требовалось решить для безопасной, децентрализованной криптовалюты без двойного расходования и необходимости в доверенных третьих сторонах. Важнейшей инновацией Сатоши была система учёта с «тройной записью», которая решала эту задачу с помощью блокчейна, представленного Чаумом.

Во время развития Биткойна в 2008-10 гг. Лен всё более активно занимался финансовой криптографией. Он присоединился к Международной ассоциации финансовой криптографии и выступал на конференциях Financial Cryptography and Data Security, где он также был членом комитета. Последние учредил Роберт Хеттинга, видный ранний сторонник цифровых денег, которые были одной из ключевых тем конференций.

Сатоши как академик

Многочисленные зацепки указывают на то, что во время разработки Биткойна Сатоши работал в академической сфере, к чему склоняется основатель Bitcoin Foundation Гэвин Андресен.

«Думаю, он академик, возможно доктор наук, возможно профессор, который просто не хочет внимания».

Вклады в код и комментарии Сатоши заметно учащались во время летних и зимних каникул, но сокращались поздней весной и в конце года, когда академики сдают или принимают экзамены. Характерная структура кода Биткойна также указывает на то, что у Сатоши есть академический опыт. Её описывали как «гениальную, но небрежную», лишённую общепринятых практик программирования, таких как модульное тестирование, но демонстрирующую передовую архитектуру безопасности и экспертное понимание академической криптографии и экономики.

«Тот, кто это сделал, обладал глубоким пониманием криптографии… Он читал академические статьи, у него острый ум, и он сочетает концепции подлинно новым образом».

Когда выдающийся исследователь информационной безопасности Дэн Камински впервые ознакомился с кодом Сатоши, он попытался протестировать его на уязвимость с помощью 9 разных эксплойтов, но к своему удивлению обнаружил, что Сатоши их предвидел и пропатчил.

«Я придумал красивые баги, но каждый раз, когда я обращался к коду, там была строка, обращавшаяся к данной проблеме… Никогда ничего подобного не видел».

Это может говорить о том, что у Сатоши и Камински были одинаковые знания и опыт в сфере информационной безопасности. Кстати, Лен и Камински совместно написали и представили статью, демонстрирующую методы атаки на инфраструктуру открытых ключей.

Кроме того, уайтпейпер Биткойна был опубликован в редко встречающемся в списке рассылки шифропанков виде – как исследовательская статья, отформатированная с помощью LaTeX, с такими академическими элементами, как аннотация, заключение и цитирование в формате MLA. Сравните с другими предложениями, такими как Bit Gold и B-money, которые представляли собой неструктурированные посты в блоге.

Сатоши в Европе

Поскольку COSIC базируется в Лёвене, во время разработки Биткойна Лен жил в Бельгии. Это примечательно, поскольку ряд фактов указывают на то, что Сатоши жил в Европе, – это было в центре внимания раннего расследования издания The New Yorker.

В тексте Сатоши прослеживаются правописание и выбор слов, характерные для британского английского, например «bloody difficult», «flat», «maths», «grey», а также формат дат дд/мм/гггг. Однако Сатоши также упоминает евро, а не фунты.

Генезис-блок Биткойна также включал заголовок выпуска газеты The Times за тот же день: «The Times 03/Jan/2009 Chancellor on brink of second bailout for banks» («The Times 03/янв/2009 Канцлер Казначейства в шаге от второй помощи банкам»). Этот заголовок присутствовал только в печатной версии, распространявшейся в Великобритании и Европе. В 2009 г. The Times  входила в число 10 самых популярных газет в Бельгии и «активно использовалась учёными и исследователями» из-за её широкой доступности в библиотеках и подробного предметного указателя.

Данные зацепки ставят нас перед парадоксом: они указывают на то, что Сатоши был европейцем, однако человек с требуемыми навыками и подверженный основным влияниям Биткойна скорее был бы американцем. Значительная часть сообщества шифропанков вращалась вокруг конференций и митапов, что было одной из причин, почему подавляющее большинство из них было из Америки и особенно из Сан-Франциско. Точно так же места, где можно было получить передовой профессиональный опыт в информационной безопасности и криптографии, были сосредоточены в США.

Как ни странно, Лен использовал такой же британский английский, как Сатоши, хоть и был американцем.

Анализ истории сообщений Сатоши показывает, что он был европейской «ночной совой», работавшей над Биткойном, вернувшись с дневной работы или учёбы. Однажды Сатоши также заявил, что повышение сложности майнинга произошло «вчера», что было бы неверно, если бы он жил в США.

«Если у Сатоши была жизнь помимо Биткойна, то он занимался ею в течение рабочего/академического дня, когда он в основном находился далеко от своего домашнего компьютера… Если Сатоши жил в британском часовом поясе, то он работал преимущественно ночью, часто до раннего утра».

И если изучить историю твитов Сатоши, то можно увидеть, что время его постов и коммитов кода очень близко к поздней ночной активности Лена.

Пиринговые сети

Хотя Биткойн не был первой криптовалютой, он первым был основан на полностью распределённой пиринговой сети. Значение этого подчёркивается в первом упоминании Биткойна Сатоши:

«Я работаю над новой системой электронных денег, полностью пиринговой, без доверенной третьей стороны».

Дэн Камински утверждал, что для того чтобы создать Биткойн, Сатоши должен был «понимать экономику, криптографию и пиринговые сети», а Лен необычно рано и близко познакомился со всеми тремя, включая их применение к цифровой валюте.

В Сан-Франциско Лен жил и сотрудничал с Брэмом Коэном, создателем самого популярного пирингового протокола – BitTorrent. В тот период (2000-02) Брэм разработал революционную пиринговую сеть MojoNation, использовавшую цифровую валюту – «токены Mojo», что делает её одной из первых цифровых валют, увидевших рабочий публичный релиз.

В пиринговой экономике MojoNation «токены» могли обмениваться на хранение файлов, которые шифровались и преобразовывались в «блоки», загружавшиеся в распределённую сеть узлов, хранивших публичный реестр, что напоминает систему распределённого двустороннего учёта Биткойна. Mojo был не просто внутренним учётным токеном, а полноценной валютой – его можно было обменять на доллары и наоборот. Одно из первых обсуждений токеномики затрагивает механизм токенов Mojo.

«Единица Mojo представляет долю текущих возможностей системы в целом. Если вы выполните для меня работу, я дам вам вознаграждение. В будущем, когда сеть станет больше, это вознаграждение будет представлять кусок намного большего пирога и, следовательно, вырастет в стоимости, когда вы его потратите».

Сатоши обсуждает токеномику в очень похожем ключе:

«Существует потенциал положительной обратной связи: когда пользователей станет больше, стоимость вырастет, что привлечёт больше пользователей, которые захотят извлечь выгоду из растущей стоимости».

Несмотря на её дальновидность, экономика MojoNation быстро рухнула из-за гиперинфляции. Сатоши сознательно запрограммировал Биткойн так, чтобы он избежал такой участи, посредством встроенной дефляции и независимости от центрального «чеканящего» сервера.

В 2001 г. Брэм запустил BitTorrent. Будучи пиринговой альтернативой централизованному Napster, BitTorrent предвосхитил распределённую узловую топологию и консенсусную систему Биткойна, а также его систему стимулов на протокольном уровне. BitTorrent был инновационным в сравнении с сетями вроде Gnutella не только на техническом уровне, но также благодаря применению экономических стимулов и теории игр.

Лен пророчески сказал Брэму, что «BitTorrent сделает его более известным, чем [основатель Napster] Шон Фэннинг». Сатоши позже упоминал Napster, объясняя потребность в полностью децентрализованной сети.

«Правительства легко отрубают головы центрально контролируемым сетям, таким как Napster, но чисто пиринговые сети, такие как Gnutella и Tor, похоже, не сдают позиций».

Кстати, Лен и основатель Tor Роджер Динглдайн работали над протоколом ремейлера Mixminion, представленным на конференции Black Hat, и вместе основали конференцию HotPETS.

В 2002 г. Лен и Брэм учредили конференцию CodeCon, фокусировавшуюся на «чрезвычайно практичных проектах с рабочим кодом». На CodeCon 2005 Финни представил многоразовое доказательство выполнения работы на примере модифицированного клиента BitTorrent, пересылавшего пиринговую цифровую валюту. Один комментатор описал это как «первый в истории прозрачный сервер, который может способствовать миру распределённых, сотрудничающих серверов с многоразовым доказательством выполнения работы».

Цифровая валюта была одной из главных тем первой CodeCon. Тогда Адам Бэк продемонстрировал HashCash, а Зуко Уилкокс представил Mnet – децентрализованного наследника MojoNation с полностью открытым кодом. Валюта Mojo не была привязана к какой-то одной компании и могла проходить независимый аудит – и то и другое Сатоши считал критически важным.

Сооснователи MojoNation Зуко Уилкокс и Джим Маккой также оказались вдохновителями Биткойна и криптовалютными первопроходцами. Опубликовав Биткойн v0.1 на Bitcoin.org, Сатоши привёл ссылку на блог Зуко. Позже Зуко создал популярную криптовалюту Zcash, фокусирующуюся на конфиденциальности. Он также автор часто обсуждаемого «треугольника Зуко» – трилеммы свойств, считающихся желательными для имён участников сетевого протокола: понятные человеку, защищённые и децентрализованные.

Маккой также влиятельная личность в криптовалютном мире, и Райан Селкис из Digital Currency Group высказал мнение, что Маккой может быть Сатоши.

Хактивизм

Даже по меркам сообщества шифропанков Лен и Сатоши отличались особенно сильными идейными убеждениями и приверженностью открытым знаниям.

«Хотелось бы, чтобы вы говорили не обо мне… возможно, лучше говорить о проекте с открытым кодом и больше отдавать должное разработчикам, вносящим свой вклад».

«Хактивистский» подход Сатоши, когда он распространял Биткойн посредством бесплатного, открытого, раскручиваемого с нуля проекта, резко контрастирует с его предшественниками. Чаум, Стефан Брэндс, eCash и другие использовали совершенно иной подход: заявки на патент, основание закрытых компаний, поддерживаемых венчурным капиталом, и попытки раскрутиться с помощью корпоративных партнёрств.

В то же время Лен активно участвовал в проектах с открытым кодом, таких как PGP, Mixmaster, GNU Privacy Guard и др., а также имел обширный опыт волонтёрской работы в группах вроде Shmoo Group.

Сатоши неоднократно намекал на свои идеологические симпатии, говоря, что Биткойн «очень привлекателен с либертарианской точки зрения» и что он может «выиграть важную битву в гонке вооружений и на несколько лет завоевать новую территорию свободы».

Лен также отстаивал необходимость защищать открытые знания и развитие технологий от корпоративного и правительственного вмешательства.

«Поиск знаний – фундаментальная часть человеческой природы. Любое его ограничение, на мой взгляд, нарушает нашу свободу мысли и совести. Поэтому я не только надеюсь, что нам удастся избежать чрезмерно ограничительных необдуманных законов… Мне не хотелось бы видеть, как кто-то построит структуру, которой можно злоупотреблять в таких целях».

В завершение

Подобно тому как Сатоши создал Биткойн, прикрываясь псевдонимом, Лен в каком-то смысле был вынужден носить маску. После несчастного случая в 2006 г. Лен всё чаще страдал от неэпилептических припадков и функциональных неврологических расстройств, усугублявших депрессию, с которой он боролся с юности.

Будучи жертвой стигматизации, Лен «считал, что нужно поддерживать видимость, будто он всё тот же гиперкомпетентный парень» и «абсолютно ужался», что его ухудшающееся здоровье может положить конец его работе и разочаровать людей, которые ему были небезразличны. Несмотря на эти вызовы, Лен продолжал работать почти до самой смерти, внося вклад в статьи и даже выступив с презентацией в Дартмутском колледже. К сожалению, ему удавалось скрывать серьёзность своего положения практически ото всех близких.

«Очень мало людей догадывалось, насколько всё далеко зашло… все повторяют: “Мы ничего не знали, казалось, что у него всё в порядке”».

Точно так же как Лен отталкивался от идей, появившихся до него, возникает впечатление, что он посвятил себя созданию того, что его переживёт, что было одной из причин, почему он был привержен открытому коду и открытым знаниям.

«Это наше наследие; эти исследования, эти идеи ведут к знаниям, которые раньше не было возможности иметь ни у одного человека в истории; это то, что мы передадим будущим поколениям. Мы должны быть уверены, что нас не загонят в угол, где мы не сможем делиться этими исследованиями с другими, и что они не будут заперты в сейфах юристов, занимающихся интеллектуальной собственностью».

Когда Лен умер в 2011 г., это была огромная потеря для шифропанков и технологического сообщества вообще, о чём свидетельствует большое множество появившихся впоследствии воспоминаний и соболезнований. Один комментарий мне запомнился особенно: пост на Hacker News от pablos08:

«Мы с Леном подружились и вместе примкнули к движению шифропанков, когда о нём ещё мало кто знал. Мы воображали новый мир, с множеством криптосистем, которые с помощью математики будут обеспечивать соблюдение ценимых нами свобод. Анонимные ремейлеры защитят свободу слова без страха мести; луковые маршрутизаторы гарантируют, что никто не сможет цензурировать интернет; цифровые деньги сделают возможной радикально свободную экономику. У нас были планы, как децентрализовать и распределить всё.

 

Мы воображали сложные и запутанные угрозы и проблемы, с которыми мы можем однажды столкнуться, и задумывали футуристические протоколы, чтобы защититься от этих угроз. Всё это в высшей степени академическая и утопическая задача. По крайней мере, для меня. Но Лен хотел осуществить всё это на практике. Шифропанки просто пишут код».

Источник

Вы всегда можете поблагодарить переводчика за проделанную работу:BTC: 3ECjCH5tPoyDCqHGCXfiiiLZQ3tVGzCSxBETH: 0xf45a9988c71363b717E48645A412D1eDa0342e7E

Больше горячих новостей

Государство и общество

Ждем новостей

Нет новых страниц

Следующая новость